КОНКУРЕНТНОСТЬ ПРОТИВ НАЦИОНАЛИЗМА

1.

После победы Трампа по миру покатилась уже почти официальная волна волнений по поводу национальных интересов. Начали споры, дележи, обиды, досады, несогласия.

Хотел бы своё понимание по этому поводу высказать.

 

Мы живём в конкурентном мире. И в конкуренции выживает сильнейший участник этой конкуренции. С этим можно спорить, но конкуренция – это доминанта мировой истории. Ведь сегодняшняя цивилизация представлена только выигравшими. По крайне мере, на данный момент. Это касается не только экономики, но и религий, этносов, языков, предметов, государств. Сегодня сто государств, а ушло проигравшими в историю тысячи, сегодня сотни языков и наречий, а проигравших десятки тысяч, сегодня уже мало кто вспоминает о телеге, потому что она проиграла автомобилю. И поэтому выживут конкурентоспособные явления: люди, корпорации, этносы. Поэтому утверждать что-либо без главного признака – конкурентоспособности – бессмысленно. Поэтому национализм как выражение национальной гордости без конкурентного компонента просто бессмыслица и самообман. И более того. Я считаю национализм опасным именно для конкурентоспособности. Почему?

 

Во-первых, потому что культ нации убирает в сторону, и даже выбрасывает, всё остальное, подменяя это культом этноса. В том числе на заклание выводится и конкурентоспособность. Она даже делается гонимой. Если у вас завод с комплектующими из другой страны – останавливаем завод, вытаскиваем «чужие» станки, выбрасываем их.

Но что дальше, если … не производим своих? Что получается? Разорение.

Хорошо. Мы разорившиеся, бедные, но гордые. Тогда надо это характеризовать как слабость. А любая слабость становится предметом дележа сильных. По этому поводу можно печалиться, но это факт. К сожалению, «у сильного всегда бессильный будет виноват». Крылов защищал слабых, но факт есть факт – волк козленка в лес уволок. Даже в деталях это работает и требует искать сначала конкурентные преимущества, а потом флаги поднимать. К примеру, Кутузов почему отступил из Москвы? Спасал армию. Но почему второе Бородино не устроил? Ведь вроде была успешной первая битва. Увы, не совсем. У французов армия всё еще была очень сильной, а Наполеон был действительно мастер генерального сражения. Считайте преимущества. Поэтому количество жертв непропорционально ненормально: наступающих погибло всего на 10 тысяч меньше, тогда как обычно этот расчёт вдвое, если не втрое. И Кутузов пошёл за старым русским конкурентным преимуществом – морозом. С другой стороны воспользовался растянутостью коммуникаций французов и слабостью Наполеона в снабжении войск, подставив ножку победителю Наполеону – наблюдать, как разлагается армия победителей. А чтобы усилить эффект, на французские коммуникации были направлены партизаны Дениса Давыдова при поддержке крестьянства.

Пока ни один народ в мире не может терпеть холод и морозы, как мы. Тем более французы с Лазурных берегов. Можно точно сказать, что если бы Кутузов не прибегнул к нашим преимуществам, то история могла бы сложиться иначе. И заметим, что он категорически отказывался от прямого столкновения, даже когда французы бежали. Он знал о конкурентных преимуществах французов. И берёг солдат. Как своё конкурентное преимущество. И оказался прав. А знамёна победы вынули только тогда, когда победили в конкуренции, войдя в Париж.

Так вот национализм, подменяя конкурентоспособность, обрекает страну на деградацию и дальнейший распад. Примеров тысячи.

 

2.

Национализм развращает, потому что достаточно провозгласить себя Таким-то и уже не надо работать – ты же теперь великий. Флаг в руку – и уже герой. А героям работать не по разряду. А если что - можно у чужого что-то отнять. Он же чужой. То есть, перерастая в криминальную фазу, национализм пытается компенсировать потери от ликвидации конкурентности путем захвата чужого. Действительно, есть вариант падение собственной экономики компенсировать за счет ограбления чужих (они же чужие). Но отметим важный момент: грабёж – явление разовое: то есть сегодня ограбил – покушал, а завтра этого уже нет, съедено. Тупик. Вот и получается, что без своей конкурентной экономики все разговоры о национальности, гордости, героях, великой истории пустое вращание языком. А жить за счёт мемориальной ренты (памяти о подвигах предков) – это не более чем самообман: если ты не повторяешь подвига предков – то от тебя предки просто уходят.  

Национализм опасен как соблазн: соблазн простейшего самоутверждения: не через строительство предприятия, а через поднятие флага над головой, не через формирование конкурентной системы, а через вопли и крики на площадях. Не спорю, соблазниться веселее и драйвовее, чем строить предприятие усилиями, на нервах, в поту, без суббот и воскресений. Горлопанить на площадях проще. С этим никто не спорит. Спорим о том, надолго ли это. Никаким флагами, речевками, плакатами конкуренцию не выиграть. 

 

3.

Говорят: но Путин же постоянно говорит о национальных интересах.

Но надо заметить другое: Путин гораздо чаще говорит о конкурентоспособности страны во всех её частях. Логика проста: величие страны не накричать, её можно только отыграть, отбить в конкурентной борьбе. Как на татами: никто не поднимает флагов перед поединком – только после поединка, и его поднимает сильнейший. Все логично - как и во всем мире. 

 

Человеку дан мозг для понимания природы жизни: в основе её конкуренция, которая заключается в победе экономической – в созидании, а потом уже «упаковывании» этих достижений флагами, торжествами, именами. Никак не наоборот. Так вот подмена национализмом конкурентности чревата катастрофой для любого этноса и народа.